Финансы

«Будет катастрофа». В российском бюджете образовалась дыра размером с три Московские области

Правительство России продолжает на всех порах мчаться к катастрофе федерального бюджета, которому в этом году предстоит потратить 10 трлн рублей на войну и силовые структуры.

За январь-апрель доходы казны рухнули на 22%, а обвал нефтегазовых поступлений ускорился до 52%. Собрав 7,8 трлн рублей налогов Минфин потратил 11,2 трлн - на 26% больше, чем годом ранее.

В результате в федеральных финансах образовалась «дыра» размером 3,4 трлн рублей. Это больше трех годовых бюджетов Московской области, 11 годовых бюджетов Новосибирской области и 60 лет налоговых поступлений в бюджеты бедных регионов, таких как Хакассия или Республика Тыва.

Скидки на нефть и «самоубийство» «Газпрома», который лишился единственного крупного экспортного рынка в Европе, осушили реки сырьевой ренты, питавшие бюджет. «Нефтегаз нас подкашивает», - жаловался в апреле глава Минфина Антон Силуанов, добавляя, что запланированный дефицит - 2% ВВП - может быть превышен.

В реальности годовая «дыра» может составить 4% ВВП, или почти 6 трлн рублей, оценивает Егор Сусин, управляющий директор ГПБ Private Banking.

Накопленным итогом за последние 12 месяцев бюджет потратил на 8 трлн рублей больше, чем собрал в виде налогов, указывают аналитики MMI.

«Пока еще есть резервы», но когда они закончатся, «будет катастрофа», предупреждают они: после санкций китайские юани на $100 млрд - это вся валюта, оставшаяся у ЦБ от ЗВР на $600 млрд, некогда четвертых по размеру в мире.

Опять о Трампе, от Игоря Слабых

Давайте подведу итоги споров ... про вердикт в деле Трампа по иску Кэрролл и расскажу, почему мне все кажется логичным и законным.

1. Это не уголовное дело, поэтому презумпция невиновности не работает. Более того, работает, грубо говоря, презумпция виновности, так как в гражданском процессе ответчик должен опровергать то, что говорит истец. Это принципиальное отличие от российского процесса. Предполагаю, что логика этого в том, что по умолчанию истец не может подать необоснованный иск, а если подаст, за это будет наказание, включая расходы ответчика на юристов.

2. Самая большая разница между уголовным и гражданским делом - стандарт доказывания. В уголовном деле такой стандарт beyond reasonable doubts /вне разумных сомнений. То есть присяжный в уголовном деле должен быть уверен условно на 90% в виновности подсудимого, и что нет разумных сомнений в виновности (поэтому работа защитника в уголовном процессе зародить такое сомнение, то есть дать объяснение фактам дела, где подсудимый не имел бы отношение к преступлению, а кто-то другой имел бы). В гражданском процессе стандарт доказывания preponderance of evidence/баланс вероятностей, то есть, грубо говоря, "кому я верю больше" (условно 51%).

3. Теперь держим в голове стандарт доказывания и представляем себе какую картину нарисовали стороны:
истец:
- показания Кэрролл (прямое доказательство)
- показания 2-х свидетелей, что Трампа к ним тоже применял сексуальное насилие
- показание свидетелей, что Кэрролл рассказала об инциденте друзьям много лет назад, задолго до издания книги
- очевидная ложь Трампа про то, что Кэрролл не в его вкусе (он на фото ее со своей женой спутал)
- заявление Трампа про то, что женщин нужно хватать за промежность и делать с ними что хочешь (присяжные видели видео, где Трамп признал, что говорил так, а это, собственно, то, в чем его обвиняла истица)
ответчик:
- показания Трамп не давал, свидетелей не было, была попытка поставить под сомнение показания истицы во время ее допроса

4. Присяжные должны принимать решение не на основании своих предположений или статей в СМИ, а на основании того, что они услышали в суде. Как при наличии п.3 присяжные могут решить по-другому? Собственно, скорость принятия решения присяжными (меньше 3-х часов) говорит, что сомнений у присяжных не было, а вердикт, напомню, принят единогласно.

5. У Трампа был шанс исправить ситуацию, дав показания и уровняв тот самый баланс вероятностей, но он решил не давать показания. Я не знаю почему, но предполагаю, потому, что не хотел быть открытым для вопросов адвокатов Кэрролл. Кроме того, за дачу ложных показаний можно получить реальное лишение свободы. Некоторые читатели объясняют нежелание Трампа давать показания тем, что он проявляет принципиальность, но тогда это его решение, которое имеет последствие, а адвокаты бывшего Президента прекрасно сами понимают тот самый баланс вероятностей и принципы работы присяжных. Не нужно теперь говорить, что, мол, процесс был несправедлив и Трампу не дали защищать себя. При любом раскладе именно он сам отказался от своей защиты.

6. Тюрьма Трампу не грозит как минимум из-за стандартов доказывания (не думаю, что прокурор поверит, что сможет доказать вину за пределами разумных сомнений), да и срок давности привлечения к уголовной ответственности наверняка прошёл уже.

От Павла Пряникова

Продолжая читать великого экономического историка Джованни Арриги.
Если Генуя изобрела либеральный капитализм, который стал основой гегемонов (Голландия, Англия и США; пока не было примера гегемона вне либерального капитализма), то Венеция – госкапитализм. Арриги пишет:

«В целом в ходе вековой конкурентной борьбы венецианский и генуэзский режимы накопления развивались по расходящимся траекториям, которые в XV веке кристаллизовались в две противоположные элементарные формы капиталистической организации. Венеция в конце концов превратилась в прототип всех будущих разновидностей «государственного (монополистического) капитализма», в то время как Генуя превратилась в прототип всех будущих разновидностей «космополитического (финансового) капитализма». Непрерывно изменяющееся сочетание и противопоставление двух этих форм организации и в первую очередь их непрерывно возрастающие размах и сложность, связанные с «интернализацией» одной социальной функции за другой, составляют ключевой аспект эволюции исторического капитализма как всемирной системы».

Госкапитализм – это управление всем государством по типу предприятия, где главный капиталист – сама власть.
Три ключевых державы госкапитализма – Пруссия (и позже покорённая ею Германия), Россия и Япония. Их участь – всегда быть субгегемонами: бросать вызов гегемонам из либерального капитализма, и всегда проигрывать эту схватку. Вероятно, четвёртым примером из этой серии будет Китай.

Интересный анализ от Сергея Алексашенко


Росстат опубликовал свою сводку за март текущего года и, следовательно, за первый квартал, который очень (!) сложный для анализа в силу того, что база (первый квартал прошлого года) была сильно искорёжена начавшейся войной, потребительской паникой, скачком курса доллара и т.д. Я, в данном случае, не претендую на полноценный анализ ситуации в российской экономике, а делюсь некоторыми мыслями, которые приходили в голову по мере просмотра росстатовского документа, и которые находятся вне периметра постоянно обсуждаемых сюжетов. Поэтому прошу относиться ко всему нижесказанному соответствующим образом.


Для начала - наше всё. “Газпром”, спасибо мудрому Путину, продолжает пикировать - добыча газа в России упала на 14% в первом квартале. С учётом доли “независимых” (от “Газпрома”) производителей газа (20%) получается, что у “Газпрома” добыча упала на 17,5% к прошлому году. Будем надеяться, что это не предел - экспорт газа в Европу в прошлом году стабилизировался, начиная с июня, поэтому ещё пару месяцев добыча будет продолжать падать.

Данные о добыче нефти теперь стали гостайной, но если предположить, что добыча попутного нефтяного газа является хорошей апроксимацией, то получается, что в марте добыча нефти в России сократилась на 2,5%, что хорошо увязывается с заявлением вице-премьера Новака о том, что в апреле Россия сократила добычу на 500 тыс.баррелей в сутки по сравнению с февралём текущего года.

Падение добычи угля отражает влияние европейского эмбарго, т.е. перенаправить весь уголь в Азию пока не удалось. Добыча железной руды немного восстановилась после того, как российская армия перешла к строительству оборонительных сооружений в Украине: пиковое падение производства железнорудного концентрата в третьем квартале прошлого года достигало 10%, сейчас - 6,4%.


Очень прозрачный намёк на потребление металла для попытки защитить захваченное в ходе войны можно увидеть в резком росте производства металлоконструкций и ….




…в удивительной по своей противоречивости статистике производства строительных материалов - фронтальное падение по всем позициям на фоне стремительного роста производства товарного бетона.


Уходя немного в сторону от “военной” тематики, нужно сказать, что падение производства строительных материалов является очевидным предвестником неизбежного спада в жилищном и инвестиционном строительстве. Хотя вице-премьер Хуснуллин, отвечающий за строительство, продолжает “вешать лапшу на уши” Путину о продолжающемся росте строительной отрасли, статистика по итогам первого квартала говорит о том, что спад уже начался.

Точнее говоря, он начался уже в последнем квартале прошлого года, что хорошо видно на графике, который опубликовал Росстат.


Замечательная таблица по производству медикаментов - двухкратный взлёт в производстве кровеостанавливающих препаратов (март к марту прошлого года) - догадайтесь с одного раза, в чём причина?!


В завершение - о производстве вооружений. Было бы наивно думать, что Росстат расскажет нам об этом, хотя, на мой взгляд, никакой особой тайны в этом нет. Какой такой вывод можно сделать, например, из того, что производство вооружений выросло на 20%? Возможно, судостроители сдали заказчику одну атомную подводную лодку, а до этого пять лет их не клепали. Но, глядя на данные по динамике отраслей обрабатывающей промышленности, можно прекрасно увидеть выпирающие военные “флюсы”. Несколько удивительно, на этом фоне, выглядит рост в производстве мебели, но …


…глядя на расшифровку этой отрасли, можно быстро понять, что опять-таки речь идёт о военных нуждах - выросло исключительно производство беспружинных матрасов (а Вы, что, хотите, чтобы в блиндажи укладывали пружинные?) и того, что можно назвать подобием кроватей. Кроме того, если присмотреться, то можно понять, что из последней таблицы получить рост отрасли в целом (о чём говорится в предыдущей таблице) никак не получится - самые крупные и дорогие позиции (производство кухонные и спальные гарнитуры) показывают падение, а не рост. Если поверить, что производство мебели, действительно, в первом квартале выросло, то только за счёт тех позиций, которые в последней таблице не показаны. А, раз, не показаны, значит, засекречены. А, раз, засекречены, значит, - всё для фронта, всё для победы.

Вывод? Лежит на поверхности: за 14 месяцев Россия потратила на войну, как минимум, 5,000,000,000,000 (пять триллионов) рублей (по 34,5 тысячи рублей с каждого россиянина, 55% среднемесячной зарплаты) , и было бы странно не увидеть отражения этого в статистике. Только повторю: эти расходы не создают потенциала будущего роста, а уничтожают его.

От Пряникова, очередной размышлизм

На круглом столе «Куда идет глобальный капитализм?» («Мир России», №3, 2022) интересное мнение высказала академик РАН, доктор экономических наук, сотрудник ИМЭМО РАН Наталья Иванова - куда идёт не просто глобальный капитализм, а Россия.
«Сейчас можно сказать, что для России выстроен авторитарный капитализм, а справедливости и социального равенства мало. В результате преобладающее настроение, за что высказываются и руководство, и эксперты, и народ, который хочет твёрдой руки, состоит в том, что надо менять модель, уходить от западных образцов.

Если не использовать дихотомию либеральный-организованный (авторитарный), а другую, например, азиатский капитализм, латиноамериканский капитализм, североамериканский капитализм, европейский капитализм, тогда мы получаем другой ракурс. Интересен ли нам европейский капитализм? Наш ответ на сегодняшний момент – нет. Нам также неинтересен североамериканский капитализм. Мы всё это прокляли неоднократно. Значит, сейчас наша мысль, политическая, общественная, руководящая, бьётся между двумя вариантами – латиноамериканским и азиатским капитализмом.

Но латиноамериканский капитализм провалился в смысле экономической и социальной модернизации, и не раз, за редкими исключениями. Причём его не назовёшь ни организованным, ни либеральным, он вообще особый. Вероятно, мы склонны к выбору азиатского капитализма, точнее, модели Китая, в котором представлен не совсем капитализм. Мне, кстати, нравится определение китайского общества, которое дает журнал The Economist – market driven socialism. Вот вам социализм и рыночная экономика. Так примерно говорят и китайские профессора, ровно так говорит и Си Цзиньпин. Другое дело, что современные партийные решения рынок всё больше ограничивают.

Нам, как выясняется, это нравится. Роль государства в Китае усиливается, он превращается в более жёсткий и технически гораздо более вооружённый инструмент. Кажется, что так. Но здесь остаётся открытым вопрос о мировых перспективах этого пути. Да, Китай – очень мощная держава, экономически связанная со всем миром. Китай – торговый партнер №1 со 160 странами мира. Все эти страны зависят от Китая уже не только экономически, многие ему должны и расплачиваются иногда политически, это огромная империя нового типа. Америка такого никогда не достигала, она никогда не была партнером №1 для большинства стран мира.

Из этого следуют новые идеи относительно представлений о миропорядке, и мы видим, как об этом говорит Си Цзиньпин. Он выступал в январе 2022 г. на виртуальном Давосском форуме со своим проектом глобализации, который должен сменить тот современный проект глобализации, который не очень хорошо работает, потому что некоторые его разваливают, затевают несправедливые методы глобального управления, строят особые блоки, не дают места новым лидерам. Си Цзиньпин использовал интересный образ: он сказал, что сейчас мир выглядит как огромный флот из 190 лодок (стран мира), которые плывут более или менее по одним правилам, в одном направлении, на высокой воде и стараются продвинуться в экономическом и социально-политическом смысле, иногда мешая друг другу. Это не оптимальная модель мирового развития, от этого надо отказаться, мы должны все договориться и сесть в одно большое судно, видимо, под руководством китайского капитана, и двигаться более надёжно, более справедливо, и решать все эти проблемы внутри, а не каждый в своей лодке.

Вот это новая идея, о которой я раньше не слышала, это развитие ранее сформулированной концепции глобализации как сообщества единой судьбы. Вероятно, Китай как «поднебесная» мир видит именно так, он считает правила мирового развития, установленные Китаем, наиболее правильными, хотя они не вполне чётко сформулированы. Если мы согласны на эти правила, то мы поплывём в этом огромном корабле, красивом и мощном, как «Титаник», который предлагает нам Си Цзиньпин».
Это всё ровно то, о чём и я пишу: сейчас мир вступил в горячую фазу конкуренции между либеральным и авторитарным капитализмом. Кто победит, туда и пойдёт глобальный капитализм. Причём мы видим, что Китай хочет больше глобализма, и осуждает Запад за начавшийся процесс деглобализации, который в представлении западников выглядит так: каждый из видов капитализма должен жить в своём заповеднике, разбитом на блоки. Если не удастся победить авторитарный капитализм, то отгородиться от него стеной, и пусть они там копошатся, как знают.

Не буду подробно повторяться об основных принципах АК. Если кратко, то это выглядит так:
- Не давать спуску пролам. Запад разбаловал своих пролов, и хочет, чтобы и в АК низы получили свой голос. Но функция пролов – рабочих муравьёв без права голоса.
- Хочешь что-то изменить – пролезай в элиту.
- Элиты не просто избираются элитами, но проходят сейчас и через меритократию Суперкомпьютера. Элиты сегодня – суперинженеры при Большом Брате.
- Поведение всех звеньев Системы подвергается технически-алгоритмическому надзору. Воля человека подчиняется ему. Большой Брат лучше знает, что нужно пролу и всему обществу.
- В идеале такое устройство алгоритмического муравейника пойдёт на пользу всему миру, так как прекратит войны, приведёт к гармонии, в том числе людей и Природы («зелёная повестка»).

Китайское общество примерно так устроено исторически. Главный субъект в нём не предприниматель и не учёный (как на Западе), а бюрократ, пропущенный через сито экзаменов, чтобы выявить лучших из лучших (меритократия).

Понятно, что Западный мир не готов к такой китайской Антиутопии. Россия тоже не готова, особенно наши элиты, занявшие вершины иерархии вовсе не китайским способом. Население наше идеалом видит вольницу, а не алгоритмический муравейник. Даже китайцы не смогут переделать россиян самыми жестокими своими способами, вроде тех, которыми они «перевоспитывают» мусульман в Синцзяне. Все три авраамические религии вообще предполагают другое устройство общества, нежели исторически атеистический Китай.

Моя вставка, нет никакого соперничества, писька у Китая не выросла до нужного размера. Но Китай почувствовал вкус геополитики, Си тесно в своих границах. Посмотрим)

Русские европейцы проиграли свою борьбу за Россию именно потому, что провалили задачу создания  свое

В продолжение разговора о «русской идеАлогии» хотел начать со смешной истории из личной жизни.  Через пару лет после свадьбы мы с женой решили совершить путешествие по Волге. Я загрузился под самую завязку Бердяевым и его «сотоварищами» по «Вехам», и мы отправились на пассажирском теплоходе из Москвы, по-моему, в Ростов-на-Дону. Через какое-то время я впал в задумчивое состояние, стал малоконтактен и начал проявлять признаки сильного душевного волнения. Юля, которой тогда едва минуло 20, не на шутку встревожилась, приняв происходящее на свой счет. В конце концов, прижатый к стене, точнее – к палубе, я сдался и объяснился как мог: «Понимаешь, я, по-моему, разочаровался в диалектическом материализме, он больше не кажется мне таким убедительным». «И это все?!» – спросила моя крайне практичная жена, не оценившая масштаба трагедии. А ведь для меня рухнул целый мир. Я зашел на корабль законченным материалистом, а на берег сошел в лучшем случае релятивистом. Бердяев разрушил фундамент моего советского миросозерцания. При этом я не стал антимарксистом – я просто перестал Маркса абсолютизировать. Я понял, что при определенных обстоятельствах идеи могут становиться более мощными драйверами исторического движения, чем всякого рода материальные потребности и  интересы.
 
Маркс сам никогда не преувеличивал значимость своих открытий. Он описывал законы развития западной цивилизации, жизнь которой имел возможность в деталях изучить. Насколько сделанные им открытия были применимы к другим цивилизациям, он точно не знал. Ориентируясь на его эссе об азиатском способе производства, можно предположить, что сам он  распространять свои выводы на другие, малознакомые ему культуры, не собирался. Это за него сделали другие. Поэтому тезис о борьбе экономических классов как главном драйвере истории, вполне адекватно описывающий положение дел внутри западной цивилизации, кажется менее универсальным, когда речь заходит об описании законов развития незападных цивилизаций. Еще в 90-е годы я высказал предположение, что для России более верным является тезис о том, что ее историческое развитие определяется в большей степени борьбой культурных, нежели экономических классов,  то есть гораздо больше зависит не столько от  столкновения интересов, сколько от борьбы идей. Позднее именно эти соображения  легли в основание  моего высказывания о люмпен-пролетариате как главном бенефициаре путинизма. Сегодня я могу лишь добавить, что свою окончательную победу люмпен-пролетариат одержал, продвинув наверх идею «русского мира».
 
Антипод люмпен-пролетариата в России – культурный класс «русских европейцев». Русские европейцы проиграли свою борьбу за Россию именно потому, что провалили задачу создания  своего образа «русского мира».  В XXI веке они оказались абсолютно бесплодными в идейном отношении и ничего, кроме механической кальки с европейских либеральных идей, предложить русскому обществу не смогли. Не говоря уже о том, что в их среде не возникло ни одной значимой группы, для которой власть была бы  инструментом реализации их идей, а не наоборот: идеи - инструментом захвата власти. Локомотивом новой истории для России станет (если станет), на мой взгляд, не новый экономический, а новый культурный класс, сгруппировавшийся вокруг идеи альтернативного образа «русского мира». Для образования такого класса необходимым условием является наличие  компактного интеллектуального меньшинства, выступающего в качестве «производителя новых смыслов», которое станет точкой кристаллизации общественного движения. Это звучит парадоксально, но для сохранения русской цивилизации нужна альтернатива не столько Путину, сколько  условному Дугину-Стрелкову (имея в виду не конкретную личность, а тренд). Нужно  такое другое видение России, которое позволяет сформировать «анти-крымский консенсус» с перспективой создания вокруг него альянса общественных сил. Либеральная мантра, которую в значительной своей части повторяют сегодня русские европейцы, к сожалению, сама по себе таким видением не является, поскольку в ней Россия не занимает центральное место.
 via
 
 

Встреча с Си

Семьдесят три года назад, зимой 1950-го, состоялась историческая встреча, по-моему, единственная, между Сталиным и Мао. Для обеих сторон она, помимо прочего, была церемониальной: Сталин принимал Мао, чтобы провести разговор с позиций «старшего брата», а Мао, не имея возможности более уклоняться от этой встречи, стремился сделать все возможное в тех условиях, чтобы не выглядеть на ней «младшим братом». Это встреча, замаскированная под «бурлеск пролетарского интернационализма», была унизительной для Мао: в своем узком кругу он неоднократно выражал свое презрительное отношение к Сталину - и потому, что считал Китай страной с более древней культурной традицией, и потому, что Китай просто намного превосходил СССР по численности населения, и потому, в конце концов, что никогда не забывал обид, нанесенных Китаю имперской Россией.
Через несколько дней мы станем свидетелями исторического, я бы даже сказал - поворотного события. Визит Председателя Си в Москву будет визитом-реваншем, возвращением пощечины, которую Сталин дал Мао семьдесят три года тому назад, рассказывая ему, как надо Маркса любить. Си едет говорить с Путиным исключительно с позиций “старшего брата”, а Путину не остается ничего иного, как зафиксировать и легализовать публично статус России как “младшего партнера” Китая. Эта встреча является новой исторической отсечкой для России, итогом всех турбо-патриотических усилий последнего десятилетия. И если Путин действительно приедет в аэропорт встречать Си, это лишь подчеркнет его никчемно-униженное положение в этом альянсе.
Российская пропаганда вывернется мехом внутрь, чтобы представить встречу Путина с Си как исторический прорыв и личный подвиг Путина. Но Путину предстоит в действительности один из самых неприятных и унизительных разговоров в его жизни. Это не с Байденом пальцы расстопыривать. Здесь все будет очень конкретно. Си для начала обозначит, кто есть ху на данный исторический момент, а потом реализует известную формулу Бендера  и потребует от Путина -Балаганова массу мелких услуг за каждый скормленный ему витамин. Перечень витаминов может быть обширен: от передачи Китаю интересующих его технологий до преференций китайским компаниям, работающим в России. В обмен Путин получит “бусы” (может быть даже какое-то оружие, хотя это вряд ли).
Во всей этой истории всплыл один очень важный цивилизационный аспект, который не был учтен, когда Кремль объявил тотальную войну Западу (частным моментом которой является агрессия против Украины). Россия как действительно суверенное государство – о чем Путин так любит говорить – может существовать только маневрируя между Западом и Востоком. Если она отвязывается от одной стороны, она тут же становится легкой добычей другой. Начав эту войну, Путин нарушил геополитический баланс и тем самым сделал Россию практически беззащитной перед рассчитанной на десятилетия мягкой экспансией Китая. Фиксация этой новой реальности и случится в Москве на следующей неделе.

via

От Пряникова

В России в силу малой вовлечённости в американскую политику часто путают отношение к Республиканской партии и к Трампу.
Я не поклонник Респов, но признаю, что в 2-партийных системах обе партии используются в качестве механизма «газ-тормоз». В какие-то моменты для США нужны Респы – когда, к примеру, необходима военка (как при Рейгане и двух Бушах) и перезапуск экономики через низкие налоги. В какие-то Демы – лечить накопившиеся социальные проблемы.
(примерно как происходит в Англии пересменка Конс-Лейб или ранее в Германии ХДС-СДПГ)

Но Трамп – не про Республиканизм, а только про деньги и сделки. Он внесистемный человек, не политик. Но Респы цинично используют его для своих целей. В 2016-м жизнь Респов была расползающийся, респовский электорат становился квёлым. Из-за объективных демографических процессов – роста больших городов, роста образования, роста испаноязычных католиков – электорат Демов рос. А республиканские избиратели из глубинки сникли на фоне побеждающего Города, и даже перестали ходить на выборы.

Трамп, точнее его стратег Бэннон, смогли сплотить Р-электорат, дали ему цель. Бэннон понял, что оружие Демов – соцсети – можно обернуть против них, и мастерски через Кэмбридж-аналитику смог мобилизовать электорат через Фейсбук (а сам Трамп – через Твиттер).
(Потом этот механизм удачно опробовали и в России – писал об этом в колонке на Незыгаре. Когда власти смогли использовать Телеграм и победить в нём либеральных оппонентов (до этого считалось, что соцсети это вотчина и механизм победы для либералов, лоялисты там якобы аутсайдеры)

В общем, Респы через Трампа, как таран, смогли пробить бреши в Демпартии и вдохнуть вторую жизнь в свою партию. Получили много идей и механизмы реализации – вроде запрета абортов (что уже активно идёт) и КВИР (видимо, это впереди в штатах Респов).
Другое дело, что Трамп своё отыграл. Обычно такое бревно используют один раз. По недавним сливам инфы мы видели, что уже не только самые статусные Респы из Техаса и Флориды недовольны Трампом, но даже и его недавняя медийная обслуга вроде Такера Карлсона, который писал своим коллегам, что как бы поскорее избавиться от дурака-Трампа. Трамп сейчас приносит Респам больше проблем (в т.ч. из-за вскрытия его грязных делишек и особенно его команды прохиндеев и дельцов), чем выигрышных очков.

...

Грузинская ситуация показывает, насколько важно для успешного протеста наличие у него институциональных опор. Личная решимость протестующих, несомненно проявленная, опиралась на институты, которых в диктатурах, как правило, нет.

Крупная оппозиционная партия, представленная фракцией в парламенте. Президент, готовая наложить вето на закон, и неясность с парламентским большинством для его преодоления (помните, даже у нас при очередном ужасном законе говорили: «Ну сейчас его президент не подпишет, для того и допустил, чтобы выглядеть спасителем», а он подписывал). Независимая и оппозиционная пресса. Заявленный внешнеполитический курс, который противоречит репрессивным законам, и следовательно затрудняет их принятие (очень хочется бороться с врагами авторитарными методами, но некоторые модальности этой борьбы плохо совместимы с внешнеполитической аффилиацией). Наличие бизнесменов, не зависящих от и не подавленных действующей властью. Наконец, сама по себе не отмененная еще возможность смены власти на выборах, которая заставляет силовиков действовать с оглядкой на эту возможную смену, чтобы не оказаться в положении, когда те, кого они сейчас разгонят, за ними придут — отсюда лояльность силовиков скорее всей государственной машине, чем конкретным политическим лицам.

Без таких опор личная решимость протестующих, как мы знаем, совершенно необязательно конвертируется в успех. Скорее наоборот, отсутствие таких опор в обозримом пространство, обескураживает и демотивирует потенциальных протестующих. Иначе невозможно объяснить, как москвичи, которые массово вышли против танков в 91, и довольно массово против рокировки в 2011, спокойно (сравнительно, разумеется) смотрели на гораздо худшие вещи, а испанцы, которые вели против своего диктатора трёхлетнюю войну с оружием в руках потом в течение трех с лишним десятилетий не попытались сдвинуть его при помощи массового протеста. Диктатор успел превратить государство в машину своей власти, и протесту в нем просто не было на что опереться.

Это касается протестов не только в диктатурах. Если у желтых жилетов в силу неясности, завышенности и противоречивости их требований и отсутствия структуры нет союзников в парламенте, правительстве, прессе, бизнесе и мировом сообществе (той же евробюрократии), то и результат их очень массового протеста будет далек от реализации его размашисто поставленных целей.

Протестовать имеет смысл всегда, даже там, — не добиться целей, так хоть поддержать открытость площади для граждан — эффективнее всего это делать в демократиях, или в тех фазах диктатуры, когда институциональные опоры протеста еще не демонтированы или выстраиваются самой диктатурой в периоды либерализации ради собственного выживания. Лучше всего протестовать на будущее — против самого демонтажа этих опор — как сейчас сделали в Грузии —  не против диктатуры, а против того, что может сделать ее приход возможным.

Ловушка возникает тогда, когда одна из политических сил выступает против самого наличия этих опор на них же опираясь — классический случай — против свободы буржуазной прессы в свободной буржуазной прессе, за классовое или национальное правосудие на классическом судебном процессе и тд.

Россия попала в эту ловушку, которая состояла в том, что демонтаж опор для протеста огромному количеству людей в Росси и вне России —тому же бизнесу, образованному сословию, бюрократии, международному сообществу — казался менее опасным, чем антидемократический протест и антикапиталистический реванш, который мог этими опорами для протеста воспользоваться. Когда сами собрались протестовать, опереться было уже не на что, а реванш, хоть и в измененной форме, все равно вполз и водворился.
via

Россия теряет на санкциях $500 млн в день



Река энергетических сверхдоходов, которая текла в Россию весь 2022 год, снабжая бюджет деньгами на армию, а бизнес - валютой на импорт товаров, обмелела более чем вдвое.

По сравнению с уровнями перед началом вторжения в Украину доходы российской экономики от экспорта нефти и газа уменьшились на $500 млн в день, подсчитали аналитики Deutsche Bank.

Приток выручки от нефти, который составлял $500-600 млн ежедневно, упал до $300 млн в день вместе с ценами на российский сорт Urals, который нефтяники продают со скидками более 40% к Brent.

Еще значительнее упали газовые доходы экономики. Физический объем поставок в Европу - на некогда крупнейший рынок сбыта «Газпрома» - в прошлом году опустился до минимума с конца 1980х: из 2,5 млрд кубометров в неделю осталось лишь 500 млн.

Как итог на экспорте газа Россия зарабатывает $50 млн в день против $300 млн в среднем за период с августа 2021 года по август 2022, следует из подсчетов Deutsche Bank.

«Эпоха сверхдоходов на нефтяном и газовом рынке для России закончена», - говорит Янис Клюге, экономист German Institute for International and Security Affairs. Это создает угрозы для бюджета, который в прошлом году получил 3,3 триллиона рублей дефицита, а на этот - сверстан с «дырой» в 3 трлн рублей.

В начале 2023 года, по данным Минфина, нефтегазовые доходы казны просели на 47% год к году, ненефтегазовые - на 28%, а месячный дефицит - почти 1,8 триллиона рублей - стал рекордным для января за последние 25 лет.